Звездолёт «Эриофора», двигаемый излучением Хокинга собственной маленькой чёрной дыры, бороздит просторы Галактики со скоростью около 60 000 км/с. Десятки, сотни кругов вокруг ядра… и никому не ведома конечная цель. — Но такой полёт займёт миллионы лет — скажешь ты, и будешь прав. Такова поставленная Землёю задача, и «Эриофора» сконструированна с мыслью об ожидающих её геологических эпохах. Команда «Эриофоры» составила бы по численности небольшой город, но во время полёта на палубах летящего мира не встречаются более 1% звездоплавателей единовременно. По сотни тысяч лет проводит каждый из них в ледяном сне, подобном смерти, чтобы восстать из гроба на день или два для отработки своей смены. Лишь искусственный интеллект по кличке Шимп никогда не спит… но даже ему неведомы все инструкции, заложенные в его программу оставшимися далеко в прошлом людьми из Центра Управления. Земля забыла об «Эриофоре». Лишь странные существа выпрыгивают временами из порталов, создаваемых «Эриофорой» в мириадах звёздных систем Млечного Пути.

Питер Уоттс о себе: «Провел большую часть своей взрослой жизни в попытках определиться, быть ли ему писателем или учёным, но в итоге стал их гибридом. Удостоен нескольких наград в области экофизиологии морских млекопитающих, видеодокументалистики и научной фантастики. Получил степени бакалавра и магистра наук в университете Гуэльфа и докторскую степень в университете Британской Колумбии. Потратил десять лет на обучение (неслабый оптимизм, да ?) и ещё столько же - пытаясь работать по профессии и не стать при этом «подстилкой» для финансовых групп. Последнее оказалось несколько сложнее, чем ему казалось (ха-ха) и, в итоге, на протяжении 90-х годов он исправно получал деньги от "зелёных" - за защиту морских тварей, от рыбодобывающей промышленности США - за поддержку отечественного производителя, и от правительства Канады - за верность до гроба. Придя к выводу, что раз уж его научные труды и так включают в себя значительный элемент вымысла, то проще будет добавить в них персонажей, сюжет и попробовать выйти на более широкий рынок, нежели горстка подписчиков «Журнала теоретической биологии». Поначалу его успех в литературе был, скажем так, смешанным. Первый роман — «Starfish» (1999 г.) удостоился снисходительного кивка от «New York Times», «почётного упоминания» премией им. Джона Кэмпбелла и отказа русских и немецких издателей от публикации на основании того, что они посчитали роман «слишком мрачным». Применение именно русскими такого эпитета автор до сих пор считает предметом своей особой гордости. Выход романа поспособствовал зарождению локального культа среди подростков — жертв гормонального дисбаланса, ассоциировавших себя с главной героиней книги. Большинство рецензентов особо отмечают глубоководную составляющую сюжета, аплодисменты же за воссоздание мира на поверхности звучали не столь отчётливо; впрочем, в сиквеле («Maelstrom», 2001 г.